ВАТАНЫМ
Об обществе
Правление
История
Программы
ТАТАРСКИЙ МИР
О газете
Структура
Архив
Редсовет
ВОСТОЧНЫЙ СВЕТ
О журнале
Структура
Архив
Редсовет
АКТУАЛЬНЫЕ МАТЕРИАЛЫ
ПАРТНЕРЫ
АВТОРЫ
ПОДПИСКА

САМАРКАНД

Николаев А.Н.,
кандидат физико-математических наук, геофизик


САМАРКАНД – ДРАГОЦЕННАЯ ЖЕМЧУЖИНА МУСУЛЬМАНСКОГО МИРА

У каждого города на Земле, как и у каждого жившего на Земле человека, своё особое лицо, свой характер, своя судьба. У древних городов эта особость впитала в себя множество характеров, воль и судеб людей самого различного склада, живших в непохожие одно на другое времена, но передававших каким-то непостижимым образом свои особые качества последующим поколениям.

Самарканд – даже в имени этого города есть что-то созвучное названию драгоценного камня, яркое, изящное, таинственно манящее.

Самарканд – сияющая точка мира по замыслу могучего и страшного завоевателя Амира Тимура, «Эдем древнего Востока», «драгоценная жемчужина мусульманского мира», «Рим Востока». Время зарождения Самарканда «теряется в глубине веков». Люди жили на территории современного города за много тысячелетий до начала нашей эры. Совсем недавно археологи обнаружили следы стоянки верхнего палеолита в самом центре Самарканда. Несмотря на столь большой возраст города, его жители не прогибаются под грузом этого многолетия. Характер у них лёгкий, живой. Они сообразительны, чувствительны к красоте и добру.

Возможно, этому способствует и то, что при выгодном географическом положении и наличии плодородной земли вокруг города климат его всё же не такой жаркий, как в Бухаре, а источников чистой воды в окрестностях вполне достаточно. Во все времена гости Согдианы, столицей которой стал Самарканд, отмечали красоту местности, обилие садов, каналов, водоёмов.

Возраст Самарканда с давних времён и до сих пор является предметом дискуссий посвящённых в эту проблему людей. К 1969 году подвели некоторый итог этой дискуссии и отпраздновали 2500-летний юбилей города. Однако появились новые данные исследований и новый научный приём оценки возраста древних предметов – радиоуглеродный анализ. Всё это дало другое значение при оценке возраста остатков древнего городища – Афрасиаба (фото 1).

И вот в 2007 году с благословления ЮНЕСКО отпраздновали уже 2750 лет зарождения Самарканда. В трудах арабских историков можно найти суждения о существовании города даже более 4000 лет.


АФРАСИАБ – ДРЕВНИЙ САМАРКАНД

Название древнего самаркандского городища Афрасиаб появилось в XVIII веке. Это название, возможно, связано с именем легендарного царя Турана – одного из героев поэмы Фирдоуси «Шахнаме». Афрасиаб был могущественным правителем, часто объединявшимся со своими соседями, включая и китайских правителей, для противостояния могучему иранскому государству. Он не всегда был благороден в поступках, впрочем, как и почти все правители до него, при нём и после него. Он крайне жестоко расправился по навету своего брата с доверившимся ему иранским героем Сиавушем – сыном правителя Ирана. Есть и другие версии происхождения названия города, связанные с названием речки Сиаб, омывающей древнее городище с севера и северо-востока (фото 2).

На месте теперешнего Афрасиаба город, называемый древними греками Мараканда, просуществовал до весны 1220 года, пока в цветущие земли древнего Согда не ворвалось войско Чингиз-хана. По древним источникам, монголы «пришли, разрушили, умертвили, ограбили и ушли». Теперь на этом месте лишь выжженные солнцем, покрытые песком и редкой колючей травой холмы (фото 3), раскапывая которые археологи и простые искатели древностей находят множество предметов быта живших здесь в когда-то цветущем городе людей.

Находят неплохо сохранившиеся глиняные и металлические сосуды, а также фрагменты кольчуг и панцирей, наконечники стрел, обгоревшие останки деревянных предметов. А черепки керамических изделий просто усеивают места раскопок. Ища точки для фотографирования, я без всяких стараний собрал за 15-20 минут почти десяток черепков (фото 4). Не думаю, что эти черепки появились в позднейшие времена в результате вывоза мусора из заселённых участков города. Местность здесь весьма пересечённая, и сваливать мусор (если бы это действительно происходило) легче в низких местах, не затаскивая его на верхушки холмов.

В музее Афрасиаба, расположенном на юго-восточной окраине древнего городища (фото 5, 6), представлено множество предметов, найденных при раскопках.

Особое место занимают оригиналы фресок, обнаруженных на стенах зала в доме знатного вельможи, жившего в VII веке н. э. На одной из фресок, наиболее хорошо сохранившейся, изображена торжественная процессия (фото 7), по мнению некоторых специалистов – свадебная. На другой фреске (фото 8) послы из разных стран преподносят дары правителю Самарканда. Ещё на одной фреске изображены сцены охоты (фото 9).

Рядом с музеем Афрасиаба скульптурная сценка – верблюды у колодца (фото 10). Скульпторы Самарканда любят изображать верблюдов. Совсем недавно рядом с Регистаном находилась восхищавшая меня скульптурная композиция с верблюжьим караваном на трудном пути через пустыню (фото 11). В 2009 году эту скульптурную группу, к большому моему огорчению, почему-то убрали. Караваны согдийцев ходили с товарами в Китай, Монголию, Индию, Иран, Сирию, Египет, города Византийской империи. Через Самарканд проходил Великий шёлковый путь.

Религия самаркандцев доисламского периода – разновидность зороастризма, основанная на почитании огня, воды и земли, а также множества богов и богинь, добрых и злых демонов. Хоронили не трупы умерших, а их очищенные кости, которые складывались в керамические ящики – оссуарии (фото 12). Оссуарии хранились в мавзолеях, и к ним регулярно приносили еду и питьё. Исповедовали также буддизм и христианство несторианского толка.

В языческий период Самарканд стал одним из красивейших городов Согда, его столицей, и отличился борьбой с захватчиками – македонцами. Александр Македонский (Искандер Зулькарнайн – Александр Двурогий, как его звали на Востоке) захватил Мараканду в 329 году до н. э. Подробности захвата плохо известны. После жестоких расправ македонцев с жителями завоёвываемых соседних городов началось восстание местных племён и народов под руководством Спитамена, который в 329 году до н. э. овладел Маракандой, но потом ушёл оттуда. С 329 по 327 год до н. э. длилась борьба жителей Согдианы против Александра. Всё же Спитамен потерпел поражение, и восстание было жестоко подавлено. Спитамен был предательски убит, а его голову отправили Александру.

В последующие времена Самарканд входил сначала в состав эллинистического государства селевкидов, а затем греко-бактрийского царства. В двух последних веках до н. э. греко-бактрийское государство погибает под ударами юэчжей и сакомассагетов, а к I веку нашей эры складывается могучее Кушанское царство со столицей в Пешаваре, под власть которого попадает Самарканд. О Самарканде I-IV веков н. э. нет упоминаний в письменных источниках. Имеются только археологические данные. В находках на Афрасиабе, относящихся к I веку н. э., специалисты отмечают ухудшение качества гончарных изделий и резкое увеличение количества предметов из железа. Происходит становление феодального порядка с выходом на первый план землевладельческой аристократии – дехкан (много позже дехканами начнут называть простых крестьян). В период V-VI веков утверждается феодальный порядок, при котором каждый оазис в Мавераннахре (междуречье Аму-Дарьи и Сыр-Дарьи) живёт самостоятельной политической жизнью со своим правителем. Самаркандские правители (ихшиды) были могущественнее других. Они тесно сотрудничали с государством бывших кочевников – эфталитов, пришедших в V веке на смену Кушанскому царству, и с западно-тюркским каганатом, властители которых удовлетворялись признанием своего верховенства и получением ежегодных подарков от ихшидов.

В конце VII – начале VIII века начинается завоевание Средней Азии арабами. В 712 году полководец Кутейба ибн-Муслим, используя превосходство в военной силе и противоречия между отдельными правителями в Мавераннахре, после месячной осады овладел Самаркандом. Ислам постепенно утвердился в Мавераннахре. Длительная череда войн и народных восстаний (в том числе восстания Муканны, объявившего себя пророком) привела всё-таки к созданию централизованного государства под властью династии Саманидов со столицей в Бухаре. Наиболее яркой личностью среди Саманидов стал Исмаил ибн-Ахмед. С 892 по 907 год Исмаил Самани – правитель всей Средней Азии. Его мавзолей в Бухаре – одно из красивейших архитектурных сооружений в Средней Азии (фото 13). Таджики считают Исмаила Самани основателем таджикской государственности.

В конце Х века власть переходит к династии Караханидов, а перед самым нашествием Чингиз-хана Самарканд попадает под власть хорезмшаха Мухаммада.

IX и Х века – время расцвета литературы, науки, искусства в Средней Азии. С Самаркандом связаны имена крупнейших поэтов Абуабдулло Джафара Рудаки, которого называли «Адамом поэтов», и Омара Хайяма, который был к тому же и выдающимся астрономом и математиком. Рудаки считают создателем поэтической формы – рубаи (четверостишия), которую потом использовал и прославил на весь мир Омар Хайям. По легенде, Рудаки, будучи учащимся медресе в Самарканде, бродил по городу и подслушал песенку мальчика, игравшего в орехи, в которой тот уговаривал орех докатиться до лунки. Ритм и размер песенки восхитили юношу, и он сам стал сочинять в форме сходных по ритму четверостиший. Это и были рубаи, ставшие чрезвычайно популярными в поэзии на фарси. Родившийся в Нишапуре Омар Хайям жил в Самарканде в 1066-1070 годах. Здесь он изучал математику, астрономию, философию, арабский язык. В странах, где говорят на фарси, рубаи Омара Хайяма заучивали наизусть и знатные люди, и простые горожане, и дехкане, а теперь поэзия Омара Хайяма необычайно популярна во всём мире.

После разгрома города Чингиз-ханом оставшаяся в живых и не уведённая в плен часть населения (одна четверть от прежнего количества, по свидетельству китайского путешественника) поселилась в основном к юго-западу от Афрасиаба, где раньше было торговое и ремесленное предместье. Интенсивная застройка величественными сооружениями началась уже при Тимуре (фото 14).

По-видимому, главной причиной ухода жителей с территории Афрасиаба было полное разрушение монголами сложной ирригационной системы, включавшей такое достижение цивилизации, как «Свинцовый канал» (Джуи-арзис), а также гончарные трубы (кубуры). Узел ирригационной системы располагался у построенной позже на месте языческого храма мечети Хазрет-Хызр (фото 15).


ВОЗРОЖДЕНИЕ И РАСЦВЕТ САМАРКАНДА ПОСЛЕ МОНГОЛЬСКОГО РАЗОРЕНИЯ

Правление монголов сопровождается народными восстаниями, самое значительное из которых – восстание сербедаров. Перевести это название на русский можно словом «висельники». Их главный лозунг: «Лучше сложить голову на виселице, чем подчиниться монголам». Основная сила сербедаров – ремесленники, городской люд. Правящая династия в государстве сербедаров не сложилась. Нового правителя на место умершего выбирали.

Порядок соблюдался достаточно строго. Самостоятельное государство сербедаров просуществовало с 1337 по 1381 год. В это же время начал возвышаться как военачальник Тимур, родившийся в 1336 году (или, может быть, на 5 лет раньше) в городе Кеш (теперь Шахрисабз) сын вождя тюрко-монгольского племени барлас Тарагая.

Пути сербедаров и Тимура пересеклись, когда в 1365 году монголы, возглавляемые Ильяс-ходжой, попытались овладеть Самаркандом. Правитель города бежал. На сходке простого народа и знатных людей Самарканда к сопротивлению воззвал юноша, учащийся самаркандского медресе Мавлоно-заде. Он произнёс пламенную речь и решительно предложил себя в руководители сопротивления, а народ и сербедары его поддержали. Мавлоно-заде оказался умелым и энергичным руководителем. Монголов впустили в город, не имеющий стен и цитадели, через узкий проход, а затем нанесли удар с флангов. Перебили то ли тысячу, то ли две тысячи человек и огромное количество лошадей. Ильяс-ходжа ушёл сначала из окрестностей Самарканда, а потом и из Мавераннахра.

Тем временем Амир Тимур и действовавший совместно с ним эмир Хусейн, на сестре которого был женат Тимур, объявили, что одобряют действия сербедаров, и предложили их лидерам встретиться в ставке Амира Тимура и Хусейна. Когда же те прибыли на встречу, их вероломно схватили, связали и казнили – всех за исключением Мавлоно-заде, за которого заступился Тимур. После этого Хусейн и Амир Тимур подчинили себе Самарканд. Хусейн остался в Самарканде, а Тимур ушёл в Кеш.

Позже, захватив единоличную власть в Самарканде и на громадной территории от Иртыша, Мавераннахра, Афганистана, Индии на востоке до Турции, Кавказа, Волги на западе, Тимур создал архитектурный облик города, которым любуются сейчас тысячи людей со всей Земли. Формально Тимур был лишь начальником войска, а державой правили чингизиды: сначала Суюргатмыш (1370-1388), а потом его сын Султан-Махмуд-хан (1388-1398). Но кто, кроме историков, знает теперь Суюргатмыша и Султан-Махмуд-хана! Тимур отслеживал всё и распоряжался в государстве всем до последней мелочи. После смерти Султан-Махмуд-хана Тимур уже больше не выдвигал подставного хана, а монеты чеканил от имени умершего Султан-Махмуд-хана. Тимура часто называют Сахибкираном, то есть Властителем Счастливых Созвездий. Согласно решению ЮНЕСКО, 1996 год был объявлен Годом Амира Тимура. По инициативе ЮНЕСКО 24 апреля 1996 года в Париже была проведена Неделя, посвящённая 660-летию со дня рождения Амира Тимура, под названием «Процветание науки, культуры и просвещения во времена Тимуридов».


МЕЧЕТЬ ХАЗРЕТ-ХЫЗР

Прогуляемся же по городу, в котором от деятельности Тимура осталось гораздо больше следов, чем на всей остальной территории его громадной империи. Заодно погрузимся в исторический и мифический эфир, в котором живут уникальные по красоте творения самаркандских и средневосточных мастеров. Начать, очевидно, нужно с мечети Хазрет-Хызр (фото 16).

Почему? А потому, что здесь на месте языческого храма арабами была построена первая мечеть (потом она перестраивалась) в честь святого Хызра, который помог спастись и обрести вечную жизнь самому почитаемому святому Самарканда – двоюродному брату пророка Мухаммада Кусаму ибн Аббасу после того, как его глава была отсечена внезапно напавшими согдийцами-язычниками. Потому что эта мечеть построена на месте прохождения свинцового канала Джуи-Арзис, питавшего водой самаркандцев до нашествия Чингиз-хана. Потому что Хазрет-Хызр – это по преданию весёлый и мудрый старец, путешествующий по всему миру и покровительствующий путешественникам. Культ странника – хызра уходит в домусульманские времена, но ислам включил его в число своих святых как покровителя вод и лугов. Встреча с Хазрет-Хызром сулит счастье, здоровье, благополучие. Чтобы случайно не обидеть при встрече Хазрет-Хызра, не узнав его, необходимо проявлять уважение и гостеприимство ко всем гостям.

С VIII века мечеть Хазрет-Хызр была соборной мечетью. При штурме Самарканда Чингиз-ханом небольшой отряд защитников заперся в соборной мечети, которая стала местом их гибели. Мечеть была разрушена и сожжена. Теперь, после восстановления, она прекрасна и днём, и ночью (фото 17, 18). Многокрасочен узор потолка её айвана (фото 19). От неё открывается вид на величественный ансамбль мечети Биби Ханым и базарную площадь, кипящую многолюдьем до самого захода солнца (фото 20). Отсюда когда-то начинались мистические шествия к некрополю Кусама ибн Аббаса, живого царя – Шахи-Зинда.


МЕМОРИАЛЬНЫЙ КОМПЛЕКС ШАХИ-ЗИНДА

От мечети Хазрет-Хызр до некрополя Шахи-Зинда (фото 21) – не более полукилометра. Комплекс Шахи-Зинда («Живой царь») расположен на южной окраине Афрасиаба.

Гробница Кусама ибн Аббаса была самой почитаемой святыней Самарканда уже в XI веке (а может быть, и ранее). Знаменитый путешественник Ибн Баттута, побывавший в Самарканде около 1333 года, так описал её: «Над гробницей возведено четырёхугольное здание с куполом, у каждого угла стоят две мраморные колонны. Стены здания также выстроены из разноцветного мрамора с золотыми орнаментами, крыша сделана из свинца». Теперь вход в мавзолей Кусам ибн Аббаса выглядит иначе (фото 22). Среди посетителей мавзолея люди разные. Конечно, много туристов, но много и таких, кто верит, что получит исцеление от болезни, избавится от беды, достигнет благополучия (фото 23). В XIV веке по приказу Тимура надгробие Кусама ибн Аббаса отделывается позолоченными майоликовыми плитами. На нём фраза из Корана: «И никак не считай тех, которые убиты на пути Аллаха, мёртвыми. Нет, живые!» (фото 24).

Рядом с мавзолеем Кусама ибн Аббаса в верхней точке мемориала, замыкая весь комплекс с севера, в 40-х годах XIV века возводится мавзолей Ходжи-Ахмада. Заметна разница в облике мавзолея в 2006 году и в конце 60-х годов прошлого века (фото 25, 26).

От мавзолея Ходжи-Ахмада вниз по Афрасиабскому холму на юг в XIV-XV веках строится череда мавзолеев, главным образом женщин – родственниц Тимура (фото 27, 28).

Интерьеры некоторых мавзолеев блещут роскошью отделки (фото 29-35). Великолепны резные двери (фото 36, 37).

Лестнице, ведущей от подножия холма Афрасиаба круто вверх, приписывают почти ритуальный смысл (фото 38, 39). Лестница крутая, её ступени, когда-то покрытые мраморными плитками, высоки. Их число якобы может сосчитать только истинно верующий человек.

У выхода расположена летняя мечеть с расписным потолком айвана (фото 40).

Входной портал комплекса Шахи-Зинда построен в 30-х годах XV века по распоряжению внука Амира Тимура Мирзо Улугбека от имени младшего сына Улугбека – Абд-ал-Азиза (фото 41, 42). Двухкупольный мавзолей комплекса (фото 43), построенный в первой трети XV века, ранее приписывался Казы-заде Руми, а потом его стали называть мавзолеем матери Султана. С давних пор силуэт двухкупольного мавзолея – один из символов Самарканда.


МАВЗОЛЕЙ ХОДЖИ ДАНИЯРА

Также на окраине Афрасиаба, но уже северо-восточной, расположен священный не только для мусульман, но и для христиан, и для иудеев мавзолей Ходжи Данияра (фото 44).

По признаваемой верующими всех трёх религий легенде – это библейский (и коранический) пророк Даниил (Данияр), чьи останки привезены сюда по приказу Амира Тимура. По преданию, во время похода в Малую Азию в 1397-1404 годах Амир Тимур не смог взять штурмом иранский город Сузы, где был похоронен пророк Даниил. От своего духовного учителя Тимур узнал, что город охраняется духом Святого Даниила. Тогда Тимур то ли каким-то образом был проведён к могиле и некоторое время оставался возле неё, после чего город был взят на следующий день, то ли Тимур не стал трогать город в обмен на часть мощей Даниила (руки пророка), которую якобы перевёз в Самарканд. Однако исламская традиция запрещает беспокоить прах умерших людей, а Тимур хорошо знал и подчёркнуто соблюдал религиозные правила, и поэтому по другой версии он взял немного земли (праха) с могилы Даниила и захоронил на том месте, где остановился верблюд, на котором везли прах. Ещё по одной версии Ходжа Данияр был ближайшим соратником Кусама ибн Аббаса, а не пророком Даниилом.

Могила и мавзолей над ней имеют необычайно большую длину (фото 45, 46). В 1893 году было опубликовано такое объяснение этому: «По словам простых мусульман, останки святого постоянно растут по мере усердия к нему правоверных. По словам учёных мусульман, растёт не сам Данияр, а его могила, потому что у ног его постоянно хоронят его ближайших родственников». Ещё по одной версии Тимур преднамеренно сделал могилу непомерно длинной на тот случай, чтобы будущие завоеватели не смогли унести прах в другое место, не зная, где именно он лежит.

На площадке под мавзолеем – беседка, накрывающая родник Ходжи Данияра, который якобы выходит из могилы Пророка Данияра и является целебным (фото 47).

Наверху рядом с мавзолеем растёт древнее фисташковое дерево (фото 48), которому более 500 лет. Дерево почти засохло, но в 1996 году, после того как Патриарх Московский и Всея Руси Алексий II освятил могилу и дерево, оно снова зазеленело. Патриарх, благословивший и освятивший сии места, сказал, что определённо чувствует здесь присутствие святости.


СИАБСКИЙ БАЗАР

Уходя с Афрасиабского холма в современный город, трудно миновать Сиабский базар, расположенный на пути от мечети Хазрет-Хызр к мечети Биби Ханым. Конечно, вид базара с годами меняется (фото 49, 50, 51), но, как, наверное, повсюду на Востоке, базар остаётся сердцем города.

Здесь можно найти и купить всё, без чего прожить в городе, да и не только в городе, невозможно. Причем акт купли-продажи – это почти ритуальный процесс. Обыкновенный веник продаётся, как некий волшебный предмет, который (при надлежащем уходе, конечно) может творить чудеса (фото 52).

Воздух насыщен запахом шашлыков (фото 53), или всевозможных специй и пряностей (фото 54), или сладчайших пирожных и плюшечек (фото 55), или обычных лепёшек (фото 56).

Но самаркандские лепёшки – это не обычные лепёшки (фото 57). Вкуснее самаркандских нет лепёшек во всей Средней Азии.

К тому же они долго не черствеют, а если даже зачерствеют, то достаточно их сбрызнуть водой и прогреть в тандыре, чтобы их снова можно было есть. Говорят, эмиру Бухарскому самаркандские лепёшки сильно нравились. И он приказал привезённому из Самарканда лепёшечнику изготавливать такие же в Бухаре. Но у того в Бухаре ничего не вышло, даже когда ему привезли и муку, и воду, и тандыр из Самарканда. Решили, что дело в воздухе самаркандском. И на том эксперимент закончили.


МЕЧЕТЬ И МАВЗОЛЕЙ БИБИ ХАНЫМ

Над Сиабским базаром возвышаетя мечеть Биби Ханым. Бродя по базару, то и дело видишь купола или порталы мечети. Эта мечеть – самая большая в Средней Азии и одна из крупнейших во всём мусульманском мире. Её грандиозность ощущалась даже тогда, когда в развалинах оставалась приблизительно половинная часть построек (фото 58-60).

Замысел построить большую соборную мечеть возник у Тимура в 1399 году после похода в Индию. Громадная мечеть строилась быстро. Работы шли днём и ночью.

Для перемещения грузов использовались индийские слоны. В 1404 году строительство было закончено. Размеры площадки, занятой комплексом сооружений мечети, – около 170 метров в длину и 110 в ширину. Диаметр купола главной мечети 20 метров, а высота его верхней точки над поверхностью земли – около 40 метров.

Высота минаретов около 50 метров (фото 61-64).

Вскоре кирпичные конструкции стали не выдерживать своего веса, и уже современники Тимура начали замечать следы разрушения построек мечети. Значительно пострадала мечеть от землетрясениия 1897 года. В первые годы Советской власти было намерение полностью реставрировать мечеть. Очистили территорию вокруг неё. Провели тщательное исследование истории строительства мечети; обследовали и обмерили сохранившиеся фрагменты построек; много усилий было затрачено на фиксацию росписей. Полную реставрацию всё же решили не делать, поскольку у советских специалистов сложилось мнение о целесообразности консервации памятников вместо полной их реставрации. В независимом Узбекистане было принято решение полностью реставрировать архитектурные памятники Самарканда. К 2003 году основные постройки мечети Биби Ханым и их внешнее убранство были практически полностью восстановлены и засияли во всей красе к радости жителей Самарканда и гостей города (фото 65).

В обширном внутреннем дворе мечети напротив входного портала находится главная мечеть с её гигантским голубым куполом (фото 66, 67). Хотя реставраторами проделана громадная работа, видно, что всё же им ещё немало придётся потрудиться. Особенно это заметно по интерьеру главной мечети (фото 68, 69).

Справа и слева от главной мечети расположены малые мечети с ребристыми куполами (фото 70, 71). Внутри левой малой мечети сохранились фрагменты настенной росписи (фото 72). Когда-то двор был вымощен мраморными плитами и керамической мозаикой. При Улугбеке внутри главного здания был установлен большой мраморный пюпитр, предназначенный для Корана. В 1875 году он был переставлен на середину двора (фото 73, 74).

Руи Гонзалес де Клавихо – посол Короля Кастилии и Леона ко двору Тимура – в 1403 году в своём дневнике сообщает, что мечеть построена по приказу Тимура в честь матери старшей жены Тимура (слово «биби» означает «бабушка»). Старшую жену Тимура звали Сарай Мульк-ханым. Она была дочерью хана Казана. Тимур взял её в жены после захвата гарема своего прежнего союзника Хусейна, вследствие чего он получил право на титул гурагана – ханского зятя, то есть зятя чингизида. Однако молва связывает название мечети с именем вымышленной любимейшей жены Тимура красавицы Биби-ханым, которая во время пребывания Тимура в походе решила сделать ему подарок, построив грандиозную мечеть к его возвращению. Строивший мечеть молодой зодчий влюбился в красавицу и не торопился закончить строительство, чтобы как можно дольше оставаться возле возлюбленной.

Когда же та потребовала закончить строительство до возвращения Тимура, зодчий в оплату за это попросил разрешения поцеловать её, и упорно стоял на своём. Биби-ханым, убедившись, что другого выхода нет, позволила себя поцеловать, закрывая лицо то ли ладонью, то ли подушечкой, но горячий поцелуй всё равно оставил на лице красавицы пятно. Вернувшийся Тимур восхитился постройкой, но, увидев пятно на щеке жены, дознался о причине. Не показывая своего гнева, он вызвал мастера и приказал ему построить подземный мавзолей с роскошным саркофагом и нефритовым намогильным камнем. Когда всё было готово, Тимур убил мастера и захоронил его в подземелье. Такова легенда. Но исторических свидетельств существования красавицы Биби-ханым нет.

Напротив входного портала мечети Биби Ханым находится мавзолей Биби Ханым – матери Сарай Мульк-ханым (фото 75).

Интерьер мавзолея украшен мозаичными панелями и росписями, в которых есть изображения райского сада (фото 76, 77).

В мавзолее три надгробия – самой Биби Ханым и двух женщин из её рода (фото 78).

Ещё при Тимуре мавзолей входил в состав медресе, также носившего имя Биби Ханым. Портал этого медресе был настолько большим, что соперничал с порталом соборной мечети. Тимуру это не понравилось, и он приказал его перестроить. Позднее медресе было разрушено.


РЕГИСТАН

От комплекса Биби Ханым вглубь города идёт улица Ташкентская, совсем недавно уютная и утопающая в зелени, как многие улицы Самарканда (фото 79). Но в 2009 году её фундаментально осовременели. Застроили геометрически правильными, блещущими стеклом павильончиками, что, на мой взгляд, не очень-то вписывается в архитектурный стиль города. Проходя по улице после реконструкции, я не обнаружил полной добродушного юмора композиции, изображающей джинна в окружении кувшинов, из которых, должно быть, в любой момент могли появиться и другие его коллеги (фото 80).

Ташкентская улица выводит к Регистану (в переводе «Песчаная площадь»). Теперь здесь расположен комплекс из трёх величественных медресе: Улугбека, Шер-Дор и Тилля-Кари (фото 81).

Во времена же Тимура здесь был торгово-ремесленный и общественный центр города. К нему сходились основные улицы. Неподалёку находилась цитадель, окружённая стеной высотою в 8 метров. Внутри цитадели был построен дворец Тимура Кок-сарай. Теперь здесь Театральная площадь. Восточные ворота цитадели выводили к Регистану. Здесь трубили медные трубы, созывая народ для объявления ему воли властителя, и совершались казни.

Первое из трёх современных медресе на Регистане построил в 1417-1420 годах внук Тимура Улугбек (фото 82-84).

По свидедетельствам хроник, в медресе учили не только богословию. Улугбек провозгласил: «Стремление к знанию есть обязанность каждого мусульманина и каждой мусульманки» (эти слова были вырезаны на входной двери медресе Улугбека в Бухаре). Сам Улугбек сумел стать выдающимся учёным. В основанном им самаркандском медресе он читал лекции по математике и астрономии и тщательно подбирал преподавателей. Математику и астрономию преподавал в медресе Казы-заде Руми, которого называли «Платоном своей эпохи». В этом медресе учился выдающийся поэт Абдуррахман Джами, а также шейх Ходжа Ахрар, который в годы правления последних Тимуридов стал практически полным властелином в городе. До постройки Улугбеком обсерватории за пределами Самарканда на территории медресе имелась площадка для астрономических наблюдений.

К 1918 году вершина северо-восточного минарета медресе Улугбека отклонилась от вертикали на 1,8 метра. По инициативе архитектора М.Ф. Мауера и при материальной поддержке местного городского Совета удалось в качестве временной меры закрепить минарет в наклонном положении и тем спасти его от разрушения. А в 1932 году по проекту М.Ф. Мауера было проведено полное выпрямление минарета. Выдающийся инженер В.Г. Шухов (автор знаменитой Шуховской радио- и телебашни в Москве на Шаболовке) разработал специальную поворотную конструкцию, с помощью которой в течение 4 дней 800-тонный минарет развернули в строго вертикальное положение.

Следующим из стоящих теперь на Регистане медресе будет построено медресе Шер-Дор (фото 85).

Но произойдёт это только через 200 лет. Медресе Шер-Дор будет возведено в 1619-1636 годах.

Много драматических событий произойдёт за эти два века в Самарканде. В 1449 году Улугбек будет убит с согласия его собственного сына Абдулатифа. Не пройдёт и полгода, как Абдулатиф будет казнён, его отрубленную голову выставят на входной арке медресе Улугбека. Потом начнётся тяжёлая для самаркандцев междоусобица. В 1497 году власть в Самарканде получит ненадолго тимурид Захириддин Бабур, соперничавший с вождём узбекских кочевых племён чингизидом Шейбани-ханом. В 1501 году Шейбани-хан утвердится в Самарканде, несколько восстановит порядок и хозяйство в городе, но погибнет в битве с заманившим его в ловушку иранским ханом Исмаилом I. Из черепа Шейбани-хана победитель сделает кубок, а кожу с головы, набитую соломой, отошлёт турецкому султану. После гибели Шейбани-хана Бабур снова на 8 месяцев вернётся в Самарканд, но затем власть уже до конца XVI века перейдёт к династии шейбанидов. А Бабур вынужден будет «всего лишь» завоевать Индию, основать династию Великих Моголов, стать великолепным поэтом и написать книгу «Бабур-наме», ставшую историческим и литературным памятником эпохи тимуридов. Столицей шейбанидского государства с 1576 года станет Бухара. Новая чингизидская династия аштарханидов, получившая власть в 1599 году, оставит столицей Бухару. Многие постройки, возведённые в Самарканде в то время, не доживут до наших дней. В память о шейбанидах останется дахма, в которой в 1510 году похоронят Шейбани-хана, а затем и других шейбанидов. После нескольких переносов дахма уже в XX веке займёт положение рядом с медресе Шер-дор и Тилля-Кари (фото 86).

Сохранившаяся до нашего времени планировка Регистана сложилась при правителе Самарканда Ялангтуше Бахадуре, известном удачными набегами на другие страны. Он обладал огромными богатствами и имел около 3000 рабов. Его даже называли «маленьким Тимуром». По его повелению было возведено сначала медресе Шер-Дор («Имеющее тигров»), а в 1646-1660 годах – медресе Тилля-Кари («Покрытое золотом») (фото 87-89).

Мечеть внутри медресе Тилля-Кари должна была стать соборной мечетью вместо уже сильно разрушившейся мечети Биби Ханым. Однако внешний купол мечети долгое время оставался недостроенным (фото 90) и был воссоздан только в советское время при реставрации медресе.

Несмотря на все страдания, порой жесточайший голод и разрушения во время междоусобной борьбы за власть и последующий переход столицы в Бухару, Самарканд в XV-XVII веках остаётся многолюдным городом с множеством базаров, караван-сараев и ремесленных мастерских. Рядом с дахмой Шейбанидов расположено торговое купольное сооружение Чорсу. Когда-то к нему сходились шесть самаркандских улиц, и шесть коридоров с малыми куполами вели к главному куполу.

Средневековое строение разрушилось, а затем было вновь отстроено в XVIII веке (фото 91).

Клавихо писал: «...город изобилует разными товарами, которые привозятся в него из других стран: из Рушии (Руси) и Татарии приходят кожи и полотна, из Китая шёлковые ткани. Кроме того, привозится мускус... которого нет нигде на свете, кроме Китая, рубины и бриллианты. жемчуг, ревень и много разных пряностей. Из Индии в этот город идут мелкие пряности... мускатные орехи, гвоздика, мускатный цвет, корица, имбирь, цветы корицы, манны и разные другие, которые не отправляются в Александрию». А Захириддин Бабур в своих записках «Бабур-наме» сообщает: «Самарканд – удивительно благоустроенный город. У этого города есть одна особенность, которая редко встречается в других городах: для каждого промысла отведён отдельный базар и они не смешиваются друг с другом. Есть там хорошие пекарни и харчевни. Лучшая бумага в мире получается из Самарканда. Ещё один самаркандский товар – малиновый бархат. Его вывозят во все края и страны». В разное время своей истории Самарканд славился красочными гончарными, текстильными, ювелирными изделиями и много чем ещё.


МАВЗОЛЕЙ ГУР-ЭМИР

Улугбек, который начал править в 1409 году в возрасте 15 лет через 4 года после смерти Тимура, продолжал все 40 лет своего правления благоустройство Самарканда. При нём было завершено строительство одного из красивейших сооружений в Самарканде – мавзолея Гур-Эмир. К нему мы теперь и отправимся. Пройти от Регистана можно по широким улицам и площадям нового города. А можно и свернуть в узкие и извилистые улочки старого города, которые почти за полвека не так уж сильно изменились (фото 92-95).

Монументальный мавзолей стал строиться по распоряжению Тимура в 1404 году для захоронения любимого внука и возможного преемника Тимура Мухаммад-Султана (1376-1403). В основном мавзолей был построен ещё при Тимуре. Первоначально ещё при жизни Мухаммад-Султана были построены ханака и медресе, предназначенные для воспитания окружавших молодого Мухаммад-Султана юношей из знатных семей. Ханака – культовое сооружение, в котором обычно собирались дервиши (суфии), включающее кельи (худжры), мечеть, зал для радений, которые проходили под бой барабанов, музыку и пение. В различных словарях разъясняется, что суфии – мусульманские мистики, аскеты, считающие, что познание Бога и даже слияние с ним достигается путём самоотречения, созерцания, нравственного совершенствования, пренебрежения земными удовольствиями. Но всё же сфера интересов суфизма шире. Так, уже шейх Баха ад-Дин Накшбанд (1318-1389), глава суфийской общины в Бухаре, провозгласил: «Наш путь к Богу – взаимное общение, но не отшельничество». Его община активно занималась хозяйственной деятельностью. Прозвище Накшбанд означает чеканщик. Баха ад-Дин считается основателем самой значительной суфийской общины Накшбандийа.

Храбрый воин Мухаммад-Султан внезапно умер в иранском походе в 1403 году. Его тело до 1404 года оставалось в Султании, а потом его доставили в Самарканд и временно похоронили в медресе. Тогда же рядом начали строить мавзолей.

В феврале 1405 года умер Тимур, готовясь к походу на Китай. Тимур стремился властвовать над всем миром. Ему приписывают слова: «Земля должна иметь только одного господина подобно небу, которое имеет только одного Бога». Большую часть своей жизни, проходившей в непристанных военных стычках и походах, он потратил на установление своей единоличной власти над Мавераннахром, покончив с раздробленностью и междоусобными распрями (1360-1386). Но уже в начале 1380-х годов начались завоевательные походы. Сначала на восточные области Ирана, потом в Азербайджан, Армению, Грузию, Сирию, а к 1399 году был завоёван уже весь Иран. В эти же годы пришлось усмирять совершившего нападение на Мавераннахр золотоордынского хана Тохтамыша, которого ранее Тимур сначала приютил у себя, а потом после смерти его соперника Урус-хана помог ему стать правителем Золотой Орды. В 1388 году Тимур вытеснил Тохтамыша и наказал хорезмийцев за союз с ним, а в 1389 году продвинулся вглубь монгольских владений до Иртыша на север и до Большого Юлдуза на восток. К 1395 году Тимур окончательно разбил Тохтамыша и опустошил столицу Золотой Орды город Сарай Берке, захватил несколько южнорусских городов, но дальше на север не пошёл. В 1398-1399 годах завоевана Индия. В 1400 году началось противостояние с грозой Европы турецким султаном. В 1402 году произошла решающая битва при Анкаре, в которой с каждой стороны, по некоторым сведениям, участвовало более 200 тысяч воинов. Турецкая армия была разбита, а считавшийся непобедимым султан Баязед I – Громоносец (Молниеносный), к изумлению всей Европы, был захвачен в плен. За время всех этих войн многие цветущие города были сравнены с землёй. Истреблены сотни тысяч людей.

Созданная Тимуром громадная армия во многом унаследовала организационную структуру и порядки армии Чингиз-хана, но в военном искусстве Тимур постоянно изобретал свои собственные приёмы ведения сражений, превращая кажущуюся непреодолимой силу противника в источник его губительной слабости. Он никогда не скупился на вознаграждение отличившимся военачальникам и простым воинам, строго следил за выполнением предписанных им правил дележа захваченной добычи. Тимур всегда был при своей армии, а гражданскую власть над завоёванными территориями отдавал своим сыновьям и внукам, не упуская контроля над ними. Повсюду у него были тайные агенты. Торговцы были под надёжной защитой. Имелась сеть хороших дорог с караван-сараями и сторожевыми пунктами. Пошлина и дорожный налог были незначительными. Купцы могли безопасно водить караваны по всей территории империи Тимура. В захваченных странах Тимур упорядочивал систему налогов и, по некоторым свидетельствам, снижал налоговый гнёт. Однако –

К концу подошёл повелителя век.
Великий из царства ушёл своего:
Конец неизбежный постиг и его.

Клавихо в «Истории Великого Тамерлана» пишет, что первоначально предполагали похоронить Тимура в Шахрисабзе, где был построен склеп и строился мавзолей. Всё же похоронили Тимура в Самарканде, сначала в том же медресе, где уже лежал Мухаммад-Султан. Позднее оба тела были перенесены в мавзолей, который после этого и стали называть Гур-Эмир – могила Эмира (фото 96-101). На подкупольном барабане мавзолея надпись: «Бог есть бессмертие». Диаметр ребристого купола, облицованного плитками разного цвета с преобладанием синего и голубого, составляет 15 метров, а высота 12,5 метра.

Сложилось так, что первым в мавзолее был похоронен духовный наставник Тимура сейид Береке. Сейиды – потомки пророка Мухаммада от его дочери Фатимы, четвёртого халифа Али и их сына Хусейна. Только они одни были вправе говорить обидную правду мусульманским властителям и даже укорять их за неправедный образ жизни. Надгробие сейида Береке самое большое в мавзолее. Тимур лежит в ногах у своего духовного учителя под нефритовым надгробием. В ногах у Тимура позже упокоится с отрубленной головой второй его любимый внук Улугбек. А рядом лягут такие разные сыновья: храбрый, но безрассудный, порой сумасбродный Мираншах и образцовый правитель, покровитель науки и искусства, блюститель шариата, отец Улугбека Шахрух (фото 102). За пределами резного мраморного ограждения находится надгробие, которое приписывают сейиду Омару. Захоронение в мавзолее потомков пророка Мухаммада давало формальное право на пышное убранство интерьера мавзолея (фото 103, 104). Под полом мавзолея имеется сводчатый склеп с погребениями, расположенными в том же порядке, что и верхние надгробия.

Нефритовый камень надгробия Тимура имеет, скорее всего, китайское происхождение. В Китае, как нигде в мире, относятся к нефриту особенно трепетно, приписывая ему лучшие душевные человеческие качества: мягкосердечность, справедливость, мужество, чистоту. Камень был привезён в Самарканд Улугбеком из военного похода 1425 года. Вопреки молве он, по-видимому, не был изначально монолитным, а состоял из двух частей, искусно подогнанных одна к другой. Согласно же молве, камень был повреждён, когда иранский завоеватель Надир-шах попытался в 1740 году после взятия им Самарканда вывезти камень в Иран. Но после того как ему во сне явился с увещеваниями сейид Береке, Надир-шах раскаялся и распорядился вернуть камень в Самарканд. По дороге камень упал в реку и раскололся на две части. На надгробной плите Амира Тимура вырезана генеалогия рода Тимура, возводящая происхождение рода Тимура через его отца Тарагая к мифической женщине по имени Аланкува, от которой происходит и род Чингиз-хана.

В мае-июне 1941 года в мавзолее Гур-Эмир с участием скульптора-антрополога М.М. Герасимова были произведены раскопки и вскрыты пять захоронений: Тимура, двух его сыновей и двух внуков. По обнаруженным останкам М.М. Герасимов восстановил скульптурные портреты захороненных. Во вскрытии могил принимал участие в качестве кинооператора М.К. Каюмов. В своих воспоминаниях он рассказывает о встрече с таинственнными стариками, предупреждавшими, что вскрытие могилы Тимура приведёт к страшной войне, которая и не замедлила разразиться 22 июня 1941 года.


МАВЗОЛЕИ АК-САРАЙ И РУХ АБАД

Мавзолеи Ак-Сарай и Рух Абад находятся совсем рядом с мавзолеем Гур-Эмир. К середине XV века мавзолей Гур-Эмир был заполнен погребениями самаркандских тимуридов и близких им духовных лиц. Для новых погребений тимуридов мужского пола в 70-е годы XV века был возведён мавзолей Ак-Сарай. Его внешняя отделка так и не была завершена (фото 105).

Мавзолей Рухабад (в переводе «Обитель духа») был возведён по повелению Амира Тимура над могилой шейха Бурхан ад-Дина Сагарджи, умершего в 1380 году в Китае (фото 106-108). Он был, по свидетельству Ибн Баттуты, главой мусульман Пекина. В Самарканд его тело перевёз его сын Абу Саид. В мавзолее Рухабад вместе с шейхом похоронены его сыновья и другие члены семьи. Среди них «китайская принцесса» – жена шейха Сагарджи (фото 109). Считается, что в мавзолее находится коробка с семью волосками пророка Мухаммада.

Рядом с мавзолеем построена летняя мечеть (фото 110, 111).


ПО УЛИЦАМ И ПЛОЩАДЯМ САМАРКАНДА

Площадь рядом с мавзолеем Рухабад примыкает к улице Регистан, которая соединяет площадь Регистан и Университетский бульвар (фото 112). Вдоль улицы Регистан – парад фонтанов (фото 113-116).

В праздники фонтаны искусно подсвечивают (фото 117).

На улице Регистан расположен Театр оперы и балета (фото 118).

Зелени много на большинстве улиц Самарканда (фото 119). Но Университетский бульвар просто утопает в листве высоченных платанов (фото 120). В 2006 году здесь открыли ещё один красивый фонтан (фото 121). Неподалёку расположена Алексеевская кафедральная церковь (фото122).

В городе много гостиниц. От маленьких уютных домашних (фото 123) в улочках старого города (фото 124) до вполне благоустроенных (фото125) и фешенебельных (фото 126).

На самый непритязательный вкус имеется турбаза «Артучь» вблизи аэропорта, где находят приют у добрых хозяев туристы, альпинисты, шофёры, лётчики (фото 127, 128), где прохладным вечером за рюмкой чая чего только не наслушаешься о былом, о непростой жизни людей бродяжьего образа мысли.

С конца 2010 года пропускной пункт на границе Узбекистана с Таджикистаном по дороге из Самарканда в Пенджикент был закрыт. Надолго ли – неизвестно. Для турбазы «Артучь» это было, по всей вероятности, тяжёлым ударом.

Отдохнув согласно своему вкусу, можно продолжить прогулки по сказочному городу. Поплутав по улочкам старого города (фото 129), можно добраться до мавзолея Абу Мансура Матриди (фото 130), расположенного к востоку от Регистана. Мавзолей построен в XVIII веке. Абу-Мансур Матриди стал основателем школы матридитов (935 год н. э.). Эта школа возникла в Мавераннахре в городах Саманидского государства. Бухару в то время называли «куполом ислама», и после начала упадка рационализма в Багдаде она стала считаться центром рационализма и мышления в мире ислама.

Почти на противоположной от мавзолея Абу Мансура Матриди окраине города, куда, конечно же, лучше доехать автотранспортом, находится мемориальный комплекс шейха Ходжи Ахрара, включающий дахму с группой захоронений, мечеть и медресе (фото 131). Ходжа Ахрар прожил долго (с 1404 по 1490 год). При последних тимуридах имел огромное влияние. Он был главой суфийских дервишей-накшбандиев. Оказывал покровительство выдающемуся таджикскому поэту Абдуррахману Джами, который называл шейха Ходжой Ходжей, «постигшим суть дела». Ходжа Ахрар имел глубокие познания в теологии, а также писал стихи, но был человеком жёстким, умевшим гасить народные волнения. Медресе у гробницы шейха построено в 1638 году по распоряжению Надира Диван-беги – могущественного везира при аштарханиде Имамкули-Хане. На портале медресе, так же как и на портале медресе Шер-Дор, изображены тигры (фото 132). Позднее в мемориале возводится мечеть (фото 133).

В мечети Ходжи Ахрара долгое время хранился уникальный экземпляр Корана. В книге Д.Е. Еремеева «Ислам: образ жизни и стиль мышления» описана история Корана Османа «Мусхаф Усмани». Многие мусульмане считают, что на этом древнем списке Корана кровь халифа Усмана (Османа), убитого в 656 году, когда он молился перед священной книгой. Имеющиеся на листах Корана бурые пятна, возможно, действительно есть следы крови. После одного из походов Тимура Коран был привезён в Самарканд и хранился в библиотеке Тимура. Потом его перенесли в мечеть Ходжи Ахрара, где он стал предметом поклонения приезжавших паломников. В 1867 году Самарканд был включён в состав Российской империи, и генерал Абрамов якобы купил уникальную рукопись за 100 рублей. Потом он переправил Коран в Ташкент генерал-губернатору Туркестана Кауфману, а тот подарил рукопись Императорской публичной библиотеке Санкт-Петербурга. И вот уже после Октябрьской революции В.И. Ленин распорядился вернуть мусульманам их священную реликвию. В специальном вагоне и под усиленной охраной рукопись отправили сначала в Уфу, где она была вручена Всероссийскому мусульманскому совету, потом переправили в Ташкент, а затем в Самарканд на прежнее место в мечети Ходжи Ахрара. В настоящее время «Мусхаф Усмани» хранится в Ташкенте в религиозном центре мусульман Средней Азии.

В 2009 году в Самарканде проводился Международный музыкальный фестиваль, и во дворе мемориала Ходжи Ахрара выступали дети (фото 134). Вышедшие оттуда девушки решили сфотографироваться (фото 135).

Вообще в Средней Азии любят фотографироваться, нисколько не заботясь о том, получат ли потом фотографии. Достаточно посмотреть на себя на дисплее цифровика. Особенно часто просят сфотографировать себя дети (фото 136).

Возвращаясь к историческому центру Самарканда, нельзя не вспомнить, что совсем недавно неподалеку от Театра оперы и балета стоял двойной памятник выдающимся поэтам: таджикскому – Абдуррахману Джами (1414-1492) и узбекскому – Алишеру Навои (1441-1501), высеченный из красного гранита (фото 137).

Джами старше Навои. Навои считал его своим учителем и шейхом. В Самарканде Джами пребывал трижды. В 20-х годах XVI века Джами учился в медресе Улугбека и слушал его лекции. Потом в 50-е годы он прибыл туда по приглашению в качестве мударриса (по-европейски профессора). В это время он был главой суфийской общины накшбандиев в Герате. А в третий раз в 70-е годы он был в Самарканде по приглашению Ходжи Ахрара.

...Конечно, тут надо было бы привести изумительно мудрые и трепетно чувствующие метания страстной человеческой души стихи Джами. Но. ищите сами.

Не менее блистателен был Навои. Его больше, чем Джами, тянуло к светским наукам (астрономии, географии, истории). Однако в те времена гении не могли ограничиться рамками одной стороны человеческой жизни. Им нужен был весь мир со всеми его природными тайнами и катаклизмами, человеческими страстями, болями и радостями, с блеском человеческой мысли. Читайте восточных поэтов, и вы много узнаете об этом мире, полном страданий и любви, красоты и уродства.

Но вот, наконец, мы снова на стыке улицы Регистан и Университетского бульвара. Стоим у ног могущественного властителя, страшного, порой неимоверно жестокого, но и мудрого устроителя жизни покорённых им народов, гениального полководца, заботливого отца и деда, правоверного мусульманина, покровителя учёных, ценителя ремесленного мастерства и человеческого благородства (фото 138).

Амир Тимур спокойно с осознанием своей силы и своей слабости смотрит на свой город и свой народ, которым теперь он уже не может дать больше того, что уже было дано. И только наблюдает за этой не очень-то понятной ему жизнью, хотя, конечно же, в ней много такого, что было и при нём.


ОБСЕРВАТОРИЯ УЛУГБЕКА

К северо-востоку от городища Афрасиаб на Ташкентской дороге недалеко от мавзолея Ходжи Данияра известным самаркандским археологом В.Л. Вяткиным (1869-1932) были в 1908 году обнаружены развалины обсерватории Улугбека. Её строительство было завершено 1428 году. По описанию Бабура, это было круглое трёхэтажное здание. Его диаметр около 50 м, а высота не менее 30 м. Здание было разрушено в 1449 году после убийства Улугбека. По инициативе В.Л. Вяткина в 1908 и 1914 годах были произведены раскопки обсерватории Улугбека. Вяткиным был обнаружен находившийся под зданием высеченный в скальной породе огромный квадрант радиусом 40 метров (фото 139).

Квадрант расположен в плоскости меридиана. Он был главной частью астрономического инструмента, позволявшего определять угловые координаты небесных тел с высокой для тех времён точностью. Раскопки возобновили в 1941 году, но работам помешала начавшаяся война. В 1948 году раскопки снова возобновились под руководством археолога В.А. Шишкина (1893-1966). Известны попытки реконструкции первоначального вида обсерватории (фото 140).

Теперь на месте здания обсерватории перед спуском в траншею с квадрантом возведён портал (фото 141). Квадрант (фото 142) накрыт кирпичным сводом. Рядом находится небольшой музей (фото 143).

Внизу у входа – стела с портретом Улугбека (фото 144). А над Ташкентской дорогой возвышается памятник Улугбеку, размышляющему о путях движения планет (фото 145).

Выдающийся востоковед В.В. Бартольд отметил: «В мусульманском мире до Улугбека не было учёных на престоле; в этом отношении мусульманские авторы могли сравнивать Улугбека только с царственным учеником Аристотеля» (то есть с Александром Македонским). Вероятно, первым наставником Улугбека в астрономии был Кази-заде Руми, который, по мнению В.В. Бартольда, не дожил до окончания работ по устройству обсерватории и составлению астрономических таблиц. Ближайшим помощником Улугбека стал затем Али Кушчи («кушчи» – сокольничий). В результате наблюдений был составлен каталог угловых координат 1018 звёзд – «Зидж-и-джедит-и Гурагони» (Улугбек так же, как и Тимур, имел титул гурагана, так как одна из его жён, Оге-бегим, была дочерью двоюродного брата Улугбека Мухаммад-Султана, который уже мог считаться чингизидом, поскольку его мать была внучкой Узбекхана).

Работу над каталогом Улугбек закончил только в год своей смерти. В Европе каталог Улугбека стал известен в 1648 году после его публикации в Оксфорде.

Как отметил В.В. Бартольд, мусульманская астрономия после Улугбека уже не сделала никаких успехов; после Улугбека «настоящие астрономы исчезли, на их место заступили муваккиты (составители календарей) при мечетях».


ПЕЩЕРА ХАЗРАТ ДАУДА

Среди святых мест, связанных с Самаркандом, нельзя не упоминуть ещё и о пещере Хазрат Дауда. В сорока километрах к югу от Самарканда невдалеке от автотрассы, ведущей в Карши, расположен посёлок Аксай. На повороте к нему возвышается арка солидных размеров (фото 146), за которой виден посёлок и плавно спадающие к нему горные склоны Туркестанского хребта. Сюда не ослабевает поток верующих паломников и праздных туристов. Их привлекает расположенная на вершине горы (фото 147) пещера, связанная с именем библейского царя Давида.

По легенде царь Давид (Хазрат Дауд) в конце своего царствования по воле Всевышнего отправился в дальние края проповедовать единобожие среди язычников. Оказавшись вблизи теперешнего Самарканда, Хазрат Дауд проповедовал и зарабатывал на жизнь кузнечным трудом. Невдалеке от начала подъёма на гору с пещерой расположена кузница Хазрат Дауда (фото 148-150). Поэтому у ремесленников Самарканда и Бухары Хазрат Дауд считался покровителем кузнецов.

Вскоре проповедническая деятельность

Хазрат Дауда вызвала неудовольствие местных служителей культа огнепоклонников. Они вознамерились его убить. Спасаясь от преследователей, Хазрат Дауд бежал на гору. А когда бежать стало некуда, он с Божьей помощью раздвинул руками скалы и скрылся в глубине образовавшейся пещеры, которая стала теперь местом поклонения. Здесь можно попросить отпущения грехов и загадать заветное желание.

От кузницы можно проехать под невысокой аркой (фото 151) на некоторое расстояние вверх на автомобиле. Дальше начинается подъём по сложенной из цементных блоков лестнице (фото 152), якобы имеющей до вершины ровно 2500 ступеней, иногда довольно крутых. Вдоль лестницы располагается бесчисленное множество торговых лавочек (фото 153), где продают всякую сувенирную всячину, включая амулеты и лекарственные настойки.

От самых верхних ступенек открывается панорама на широкую равнину с зелёными пятнами посёлков и на склоны соседних гор (фото 154). Чуть выше на самой вершине горы расположена маленькая мечеть (фото 155), где мулло может прочитать вам молитву. Прочитал он её и мне (фото 156).

К самой пещере надо спуститься на другую сторону горы вниз (фото 157) на 200 ступеней. Но вот, наконец, и вход в пещеру (фото 158). Камни отполированы ногами бесчисленных паломников и местами крутовато уходят вниз. Так что надо быть повнимательнее. В глубине пещеры расположен алтарь с горящими свечами (фото 159). Рядом с алтарём мулло (фото 160) обычно читает молитву паломникам. Подойдя к алтарю, надо, поклонившись в одну сторону, попросить Всевышнего о прощении грехов, а поклонившись в другую, попросить о выполнении заветного желания.

На стенах пещеры остались следы от ладоней и ступней Хазрат Дауда (фото 161).

Спускаться вниз с надеждой на отпущение грехов и исполнение желаний, конечно, легче. Весёлые девушки, у которых и грехов-то ещё никаких не было, но зато желаний, наверняка, много, лихо и радостно скачут по ступенькам вниз (фото 162).


НОСТАЛЬГИЧЕСКИЕ РАЗМЫШЛЕНИЯ

Много раз я бывал в Самарканде, начиная с 1962 года, когда ещё студентами, переночевав на травке у вокзала, мы безбоязненно оставляли в кустах наши рюкзаки и отправлялись бродить по сказочному городу. Каждый раз было грустно расставаться с Самаркандом, его добрыми и смышлёными жителями. Живут и в Москве бывшие самаркандцы, сохраняя здесь и самаркандскую предприимчивость, и весёлость, и мягкую снисходительность к человеческим слабостям. Уж им-то, наверное, особенно грустно вспоминать свой родной Самарканд.

Русские, а позже советские деятели культуры и учёные много сделали для сохранения и умножения знаний о культуре и самой культуры среднеазиатских народов.

Конечно же, не обошлось без издержек фанатизма.

У фанатизма, как у медали, две стороны. С одной стороны, без фанатизма ведь ничего великого сделать невозможно, а с другой – всегда есть опасность перехлёста, безудержной враждебности к тем, кто противостоит или хотя бы не поддерживает убеждённого в своей правоте и не щадящего самого себя фанатичного верующего.

Какая энергия, энтузиазм и жертвенность были вложены в объединение народов со столь различной исторической судьбой и столь различными обычаями повседневной жизни! Как трудно всё складывалось! Как много выдающихся и простых людей погибло прежде, чем это объединение произошло... И ведь оно всё-таки произошло. Этому свидетельство – и боевое братство на фронтах Великой Отечественной войны, и родственно заботливое отношение к эвакуированным в военное время с западной территории СССР в Среднюю Азию людям любого возраста и ранга, и дружное противостояние трудностям послевоенного времени, и доброе отношение к русским после всей дури времени распада СССР.

Сейчас Средней Азии тяжело. И Россия (которой тоже нелегко) не так уж ласкова к ней. Как бы не растерять самое дорогое – доброе отношение друг к другу людей, разделённых границами государств, различными верованиями и различной судьбой! Пусть хватит сил, доброты, разума у тех, кто может повлиять на это и стремится к этому. И пусть им сопутствует удача.


Чёрно-белые фотографии старого Самарканда взяты из альбома «Исторический Самарканд. Фотографии XIX-XX веков». Ташкент: Издательство журнала «SAN'AT», 2007, 96 с.

Оглавление

COPYRIGHT © 2005-2014 | сопровождение сайта www.astramarketing.ru
Рейтинг@Mail.ru